teatrodicapua.com

 

Catalogue 365

— Джулиано, у вас есть идеал женской красоты?
— Да. Актриса Илона Маркарова. (Жена – см. на обложке – Примеч. ред.)

— А если отвлеченно?
— Красивы все – индусы, китайцы, таджики. Общепринятого идеала не может быть априори.

— А если говорить о красивых вещах?
— Когда мы оглядываемся назад, то находим в прошлом удивительной красоты вещи – винтаж. Эта красота жива и сейчас. А сейчас решать, что из современных вещей переживет свое время, а что нет – это не наше дело.

— Стандарты красоты, по-вашему, зависят от моды?
— К моде я отношусь ребячески.

— Это как?!
— Не разбираюсь в ней, не гонюсь. Например, эстетическая хирургия – это сейчас модно. Женщины делают себе губы, грудь, что там еще… По-моему, это уродство. Я, по крайней мере, ни разу не видел, чтобы женщина сделала что-то такое – и это было хорошо. Наоборот, ничего хорошего. Есть женщины, которым идет пухлость, им неправильно быть худыми. Природа знает, что делает. Такая женщина похудеет – и все: куда делось все обаяние…

— А что такое красивый мужчина?
— Конечно, мускулы моделей Микеланджело всегда будут красивее, чем пивной живот. Но с лоснящимися культуристами мне лично всегда как-то странно дружить, работать. Клонированные они какие-то! Все одинаковые! Есть золотая середина – здоровое мужское тело. Это красиво.

— Вы можете назвать известных людей, которые однозначно красивы?
— Фамилии?

— Да.
— Гм… (обращается к жене, смеется) Илона, подскажи!.. А, знаю. Диана Вишнева.

— И все?
— Видите, вы меня подталкиваете к тому, чтобы я назвал имена «модных» людей, тех, что все время мелькают в телевизоре. А я не хочу. Понимаете, бывает, увидишь близкого тебе человека, никому не известного, и вдруг подумаешь: какой он красивый! Мой брат, например. Что он с женщинами делает! Обаятельный романтик. Как Энтони Куин. Не идеальные черты лица, но это неважно.

— Я так поняла, что для вас ни одежда, ни украшения значения не имеют?
— Как вам сказать… Есть красота, а есть авторский почерк. Бывает, что это совпадает. Тогда появляется особая линия, силуэт. Новое слово. А так – кто у кого украдет… (Оживляется.) Знаете, мне очень нравились ранние вещи Готье. Я уверен, что про него еще вспомнят. Помните, накладные плечи, эстетика, связанная с ранней Мадонной, Майклом Джексоном…

— А сейчас?
— Сейчас? Да как-то скучно стало в двадцать первом веке. Во всем виновата глобализация. С красотой сейчас дела обстоят так же, как с Интернетом. Чем больше ссылок на предмет, тем больший интерес он вызывает. Не потому, что это высоко оценили авторитетные люди, а потому, что об этом знают миллионы. То, что сразу находится в «Гугле» и «Яндексе», интересует всех. Разве это может быть красота? Настоящая красота – как хорошее вино – в этом году оно такое, в следующем такое… Конечно, есть вина «голливудского типа» – чилийские, австралийские: они каждый год одинаковые. Это общее место, и это неинтересно. Красиво то, что нравится тебе, именно тебе. А для этого нужно знать, что ты из себя представляешь. И много времени нужно потратить, чтобы понять, кто ты. Вот это может быть целью жизни – понять, кто ты и что для тебя красота. С другой стороны, есть и другой подход. Моя жена может сказать: это красиво. А на следующий день удивится: я так сказала?! И мне это в ней очень нравится. Можно вообще не париться, не выбирать, а восхищаться тем, что именно в эту минуту кажется прекрасным. И не думать об идеалах.


19.10.2009,

Валентина Макашина